Каждое утро — как испытание. Боль, которая заставляет вздрагивать и сжимать подлокотники стула, невыносимое жжение и страх перед походом в туалет. Вы вновь и вновь надеетесь, что вот эта мазь, вот эта таблетка, вот эта народная примочка наконец-то помогут. Но проходит неделя, месяц, год, а проблема лишь усугубляется, превращаясь в постоянного, мучительного спутника жизни.
В России с этим заболеванием сталкивается от 20 до 23 человек из каждой тысячи взрослого населения, и оно прочно занимает третье место по распространенности среди всех проктологических патологий.
Ведущий хирург-колопроктолог клиники «Медиаль», Разиль Хупбиевич Муллахметов расскажет почему миллионы людей годами откладывают решение проблемы и какие риски таит в себе это промедление.
Разиль Хупбиевич, почему пациенты, испытывая такие страдания, часто годами откладывают визит к хирургу и тем более операцию?
Это один из самых болезненных — в прямом и переносном смысле — вопросов в проктологии. В основе лежит мощнейший психологический барьер: стыд, смущение, страх перед самим осмотром, который, как кажется, будет еще больнее, чем сама болезнь. Люди создают себе порочный круг: боль вызывает спазм сфинктера, спазм усиливает боль и мешает заживлению, а страх перед этой болью заставляет откладывать лечение.
Многие искренне верят в мифы: что «само пройдет», что это «просто геморрой», с которым можно жить, или что операция неизбежно приведет к недержанию. В итоге острая трещина, которая при грамотном консервативном лечении заживает за несколько недель, всего через два месяца трансформируется в хроническую. Ее края становятся плотными, рубцовыми, а на дне дефекта обнажаются волокна внутреннего анального сфинктера, создавая условия для перманентного воспаления. Пациенты годами балансируют между короткими ремиссиями и долгими обострениями, тратя силы, деньги и нервы на временные, полумеры.
И чем опасно это длительное «балансирование» на грани? Почему нельзя просто продолжать использовать свечи и мази при хронической форме?
Потому что это незаживающая рана, вокруг которой организм формирует патологическую анатомию: плотную рубцовую ткань и «сторожевые» бугорки. Но главная опасность кроется в осложнениях, риск которых с каждым месяцем многократно возрастает.
Постоянный спазм и воспаление нарушают кровоснабжение тканей, создавая идеальную почву для инфицирования. Самое грозное осложнение — острый парапроктит, гнойное воспаление клетчатки вокруг прямой кишки, требующее экстренной и обширной операции. Нередко формируются свищи. Постоянные, даже скудные кровотечения могут привести к анемии, а хроническая травма и воспаление, согласно данным исследований, создают неблагоприятный фон для онкологической настороженности.
Кроме того, изнуряющая боль и «стулобоязнь» серьезно бьют по психике, вызывая неврозы, нарушения сна и социальную дезадаптацию. Консервативная терапия в хронической стадии бессильна — ее эффективность стремится к нулю, так как она не может устранить главное: рубцовые края и стойкий патологический спазм сфинктера.
Разиль Хупбиевич, если операция — это решение, почему вы не настаиваете на ней?
Потому что нельзя лечить человека, не вылечив сначала его страх. Когда пациент приходит с острой болью, его диагноз — «панический ужас перед проктологическим креслом». И если я вижу свежую, острую трещину, я даю шанс. Я честно говорю: «Вам это, скорее всего, не поможет. Будет рецидив. Но давайте попробуем консервативно — у острой трещины есть шанс на излечение без операции». Я назначаю терапию. Пациент уходит. Уходит на 2-4 месяца. Происходит рецидив. И тогда он возвращается уже другим. Он вспоминает наш разговор. Он уже психологически готов. Он говорит: «Я согласен. Не нужно ничего объяснять. Больше так жить не могу». Вот это — ключевой момент. Самое главное, чтобы человек сам пришел к этому решению. Нельзя брать «с улицы» на операцию. Ему нужно свыкнуться с мыслью. Собрать информацию. Услышать, что в клинике все комфортно, что не будет мучительной боли после. Когда он внутренне готов — только тогда лечение будет по-настоящему успешным. В моей практике пациенты с рецидивами не возвращаются.
Какой метод вы используете, чтобы оправдать это доверие и не обмануть ожидания о безболезненности?
Мы используем ультразвуковые ножи. Это технология, которая меняет саму парадигму боли. При классической методике пациент получает те самые 100% ожидаемой боли с больничным листом до 1,5 месяцев. С ультразвуковым скальпелем он испытывает лишь около 10% от этих ощущений. Разрез и коагуляция происходят одновременно, без ожога тканей, поэтому послеоперационная рана заживает в разы комфортнее. Каждый второй наш пациент даже не берёт больничный. Они приходят уже готовыми, а уходят — окончательно здоровыми.
Расскажите, как технически проходит такое вмешательство? На что это похоже для пациента?
Всё проводится под спинномозговой анестезией — это означает, что во время самой операции, которая длится 20-30 минут, пациент не чувствует абсолютно никакой боли, находясь при этом в полном сознании. Хирургическая суть вмешательства заключается в иссечении самой хронической трещины вместе с рубцовыми краями и проведении дозированной задней сфинктеротомии. Этот точный, контролируемый разрез небольшой части внутреннего сфинктера — ключевой элемент успеха. Он позволяет устранить патологический спазм, который годами поддерживал болезнь и боль, и предотвращает его развитие уже в послеоперационном периоде, создавая условия для спокойного заживления. Все манипуляции выполняются ультразвуковыми ножами (Harmonic). Их принцип работы кардинально отличается от обычного скальпеля или электрокоагуляции: лезвие рассекает ткани за счёт высокочастотных колебаний, одновременно «запаивая» сосуды. Это обеспечивает минимальное термическое воздействие на окружающие здоровые ткани — практически нет ожога, а значит, нет и дополнительной зоны повреждения. Именно поэтому послеоперационная рана заживает не просто быстрее, а качественнее, с меньшим отеком и минимальным болевым синдромом, что и определяет столь комфортный восстановительный период.
Что ждет пациента после операции? Существуют ли строгие запреты?
В послеоперационном периоде требуется исключение алкоголя и острой пищи. Особой диеты нет, но желательно питаться вареной или приготовленной на пару пищей, которая не создает агрессии для желудочно-кишечного тракта. Когда восстановительный период полностью завершен, мы наблюдаем 100% результат излечения. Единственное, что требуется в долгосрочной перспективе — это профилактика запоров и соблюдение гигиены. Больше ничего не требуется. Пациенты возвращаются к обычной жизни: если они любили острую, соленую пищу, могут продолжать ее есть. Даже в восстановительном периоде, если человек чувствует себя комфортно, я ничего не запрещаю.
Ограничений практически нет. Можно сидеть, можно есть. Можно заниматься спортом, но без поднятия тяжестей. При поднятии тяжестей происходит кровенаполнение сосудов малого таза, что может негативно сказаться на процессе заживления. В остальном — полная свобода.
И последний, самый главный аргумент пациентов оттягивающих операцию: «Сейчас не время, потом, когда-нибудь».
Это самый опасный самообман. «Потом» трещина не исчезнет — она будет только углубляться и расширяться. «Потом» к ней могут присоединиться свищ или парапроктит, и операция из плановой, быстро превратится в обширную, сложную и травматичную.
«Потом» годами истощенная нервная система может дать серьезный сбой. Прямо сейчас, пока вы читаете этот текст, ваш организм тратит колоссальные ресурсы на поддержание хронического очага воспаления и боли. Вы терпите, откладываете жизнь на потом, лишаете себя простых радостей — спокойного обеда, поездки на природу, полноценного рабочего дня. Вместо месяцев и лет страха и дискомфорта существует решение, которое занимает полчаса. Девяносто процентов пациентов после корректно проведенного хирургического лечения навсегда забывают об этой проблеме. Выбор на самом деле прост: либо вы продолжаете жить с постоянной болью, отравляющей каждый день, либо один раз принимаете решение и возвращаете себе право на здоровую, полноценную жизнь без страха и ограничений.
Не позволяйте страху и ложному стыду украсть у вас годы комфорта. Хроническая боль — это ненормально. Запишитесь на консультацию к колопроктологу клиники «Медиаль». Один визит развеет все мифы, а современные диагностические возможности позволят точно определить состояние и предложить именно тот метод лечения, который будет максимально эффективным и безопасным именно для вас.
Позвоните и сделайте первый шаг к своему освобождению — вы имеете на это право.
